Страница: 1  [ 2 ]  

ссической литературы. Сюда включаются и \"Кому на Руси жить хорошо\" Н. А. Некрасова, и \"Путешествие из Петербурга в Москву\" А. Н. Радищева, и, в более общем смысле, роман путешествия как жанр, к которому Аксенов постоянно обращается.
Но в \"Бочкотаре\" традиционные акценты несколько смещаются. Во-первых, в повести нет героя-путешественника, а все персонажи-путешественники в иерархии текста равны друг другу. Во-вторых, собственно путешествие для каждого из персонажей первоначально не связывается ни с поисками истины, ни с бегством от реальности. Все пассажиры являются случайными попутчиками, едущими по своим повседневным делам на стареньком грузовике Володи Телескопова. Стихийно возникает в процессе путешествия любовь пассажиров к сверхъестественному субъекту — самой “затоваренной бочкотаре”, которую Телескопову надо доставить в районный центр.
Рабская преданность персонажей бочкотаре “очеловечивает” сам этот предмет настолько, чти в финале повести бочкотара улыбается пассажирам. Важным оказывается не событийный ряд, но ряд “мистический”: отношения персонажей к бочкотаре и их сны, выделяющиеся в самостоятельные части повести. “Затоваренная бочкотара” объединяет очень разных персонажей: Глеба Шустикова, Вадима Дрожинина, Ивана Мочёнкина. Она выявляет в них неожиданные силы (позволяющие даже победить милиционеров), а в финале вообще приводит к шутовскому катарсису. Все это позволяет считать именно “бочкотару” подлинным героем повести.
В “Бочкотаре” исследователи традиционно склонны видеть метафору советской власти. Карнавальное мистическое иллюзорное пространство вокруг бочкотары передает абсурдность, бессмысленный “карнавальный” сдвиг советского бытия.
Борьба с традиционным реалистическим автором-диктатором организует и художественное пространство романа \"Золотая наша железка\" (1973). Этот аксёновский текст пародирует традиционный жанр соцреализма — “производственный роман”. Здесь принципы производственного романа доводятся до абсурдной завершенности. В \"Железке\" ученые занимаются поисками некоторого таинственного вещества W. Это вещество обладает поистине неограниченными возможностями и по своим свойствам напоминает “философский камень. Но в \"Золотой нашей железке\" отсутствует обязательный счастливый финал — ученые не открывают искомого “минерала счастья”, а их работа оказывается бесполезной.
В текст \"Железки\" вводится принципиально новый по отношению к реалистическому повествованию образ — образ “антиавтора”. Мемозов поначалу вторгается в роман на правах одного из персонажей, а затем приобретает таинственную власть — ставит под вопрос компетентность самого автора, вмешивается в ход повествования и постоянно меняет заданные автором сюжетные ходы. Именно в результате козней Мемозова в финале романа вещество W теряется, то есть теряется смысл соцреалистического канона как метафоры разумного труда, приводящего человека и к личным, и к социальным победам.
Тема “борьбы с автором” продолжена и в романе \"Ожог\" (1969-1975). Фигура автора Толи фон Штейнбока дробится на пять равноправных повествователей. В построении текста Аксёнов следует традициям модернизма: одни и те же события даются в восприятии пяти повествователей, то есть с пяти разных точек зрения. В модернистской традиции наиболее известными произведениями являются проза Вирджинии Вульф и роман \"Улисс\" Джеймса Джойса. Однако, в \"Ожоге\" прием “дробления авторов” несет новые идеологические и стилистические функции.
Разные повествователи с одним отчеством — Аполлинариевич — на метафорическом уровне становятся детьми одного античного божества — Аполлона, покровителя наук и искусств. Связь повествователей с наукой и культурой подчеркивается и их профессиями: скульптор, писатель, хирург, музыкант, биолог. Сюжет частной жизни Штейнбока резко противопоставлен миру окружающей действительности, миру тоталитарною общества. Этот мир в \"Ожоге\" однозначно связывается с темой насилия и зла. Внешний мир приводит повествователей к постоянным кризисам, и разочарованиям, к борьбе за свою творческую независимость.
Тоталитарный мир — это также мир хаоса и абсурда. Абсурдность тоталитарного бытия видна во всех деталях. Так, единственную одежду, которую стоит покупать, носят только сами продавцы магазинов; центрами социального общения становятся пивные ларьки, в которых хронически нет пива; гардеробщики, официанты и бармены — старшие офицеры КГБ, то есть государственные чиновники; военный парад оказывается невозможным, поскольку танки требуют капитального ремонта. В этом абсурдном мире на части дробится не только автор, но и его возлюбленная, которая оборачивается то Мариной Влади, то Марией Кулаго, то Алисой, то заключенной, то медсестрой, то актрисой
“Осколки” автора — знак общей осколочности, иллюзорности тоталитарного бытия. Эта тема продолжена и в романе \"Остров Крым\" (1977— 1979). Очевиден идеологический пафос произведения: коммунизм — это\'сила, направленная на разрушение. В своей деструктивной экспансии Советская Россия поглощает и уничтожает идеальную капиталистическую модель России Несоветской. Сила тоталитарной деструкции уничтожает не только прекрасный остров, но и самих героев — семью Лучниковых, Лунину, Кузенко-ва и прочих.
Сама модель идеального острова, российской “земли обетованной” представляется слишком наивной, воспринимается как сознательная авторская утопия. Описания острова Крым как эталона личной свободы, государственной демократии, полного достатка, скопления красивых и доступных женщин, красивой одежды и вкусной еды кажутся просто описаниями сновидений, галлюцинациями художника тоталитарных будней.
В романе видение прекрасного острова исчезает и возникает явь советской диктатуры. В художественном пространстве романа избавиться от разрушительной силы тоталитаризма невозможно. Можно лишь попытаться остаться человеком, сохранить в себе природное предназначение и природную целостность. Андрей Лучников в политической игре забывает о своей семье и оказывается полностью сломленным. Но Антон Лучников отказывается от политических игр ради своей семьи, и советское вторжение становится перёд ним бессильным.
В идеологической оппозиции “человек-социум” Аксёнов обращается к первоначальным человеческим ценностям. Это не только итог романа, но и итог его творчества. Недаром в его последнем крупном произведении — трилогии \"Московская сага\", посвященной истории трех поколений одной семьи Градовых, побеждает именно “мысль семейная”. Заканчиваются войны и революции, умирают тираны, и семья Градовых справляет новую свадьбу. Спасительная сила любви, рождения ребенка, семейного единения дают опору достаточно сильную для того, чтобы противостоять тоталитарному хаосу. Очевидная связь с толстовской традицией подчеркивается и на формальном уровне текста. Отсылка к Толстому явлена на уровне названий отдельных частей трилогии — \"Война и Тюрьма\", \"Тюрьма и мир\".
Дорога, по которой Аксёнов заставляет пройти своих героев — это дорога, проходящая через модернистскую традицию и пародию соцреализма, неожиданным образом возвращается к гуманистическим идеалам русской классики и утверждает эти идеалы в новой исторической перспективе.


Страница: 1  [ 2 ]  

Похожие сочинения

  1. Аксенов
    Родился в Казани в семье партийных работников (родители репрессированы в конце 30-х гг.), в детстве несколько лет провел в Магадане, куда была сослана его мать Евгения Гинзбург (автор впоследствии написанной и получившей широкую известность книги "Крутой...смотреть целиком
  2. Тема художника в произведениях Аксенова
    В рассказе "Победа" (1965) действие происходит в купе пассажирского поезда, где пассажиры — гроссмейстер Г. М. и его попутчик Г. О. — убивают время игрой в шахматы. Развитие шахматной партии и организует сюжет. Проекция человеческой жизни...смотреть целиком
  3. Жюль Верн и географ Элизе Реклю
    Жюль Верн высоко ценил замечательного географа Элизе Реклю. Ученый, обладавший громадной эрудицией, неутомимый путешественник, талантливый публицист, общественный деятель и революционер анархистского толка, он был бесстрашным борцом Коммуны и избежал...смотреть целиком