увлекайся...
Вопросы нравственности, борьбы добра со злом — веч­ны. В любой литературе мы найдем произведения, в кото­рых они тем или иным образом затронуты. Даже спустя десятилетия и столетия мы снова и снова обращаемся к образам Дон Кихота, Гамлета, Фауста и других героев ми­ровой литературы.

Проблемы нравственности и духовности, добра и зла волновали и русских писателей. Надо было быть очень сме­лым человеком, чтобы говорить так, как это сделал неиз­вестный автор «Слова о полку Игореве»; как делал это один из первых русских проповедников киево-печерский игумен Феодосий, за что навлек на себя княжеский гнев. В последующие времена передовые русские писатели про­должали осознавать себя независимыми от воли князей и царей. Они понимали свою ответственность перед народом и отечественной историей, ощущали себя более высокими по своему призванию, чем сильные мира сего. Стоит вспом­нить Радищева, Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Льва Тол­стого, Достоевского, многие другие имена русских писа­телей нового времени.

В нынешнее время, когда мы только-только вступили в XXI век, когда в повседневной жизни буквально на каж­дом шагу приходится сталкиваться с аморальностью и без­духовностью, нам как никогда прежде нужно со всей от­ветственностью обратиться к урокам нравственности.

В книгах замечательного писателя Ч. Айтматова герои всегда ищут свое место в жизни. Они способны «изо дня в день восходить к сияющему совершенству духа». Напри­мер, в романе «Плаха» писатель попытался «отразить всю сложность мира, чтобы читатель вместе с ним прошел через духовные пространства и поднялся на более высо­кую ступень».

Главный герой произведения — сын священника Авдий Каллистратов. По словам духовных наставников семина­рии, он еретик. Авдий стремится к тому, чтобы нести доб­роту и справедливость в мир, полный жестокости и равно­душия. Он верит, что может оказать влияние на юнцов, собирающих анашу, очистить их души от черствости и безразличия к самим себе и тем, кто находится рядом с ними. Авдий стремится к любви и правде и совсем не догадывается, какая бездна безнравственности, жестокос­ти и ненависти откроется перед ним.



Встреча героя с собирателями анаши становится свое­образной проверкой сил и возможностей. Авдий как может старается донести им светлые идеи справедливости. Но этих идей не могут понять ни главарь «анашистов» Гришан, ни его напарники. Они собирают коноплю ради де­нег, а остальное для них не важно. Они считают Авдия сумасшедшим «попом-перепопом», чужим в их кругу.

Авдий наивно полагает, что главным оружием в борьбе за человеческие души, за нравственность в отношениях между людьми является слово. Но постепенно выясняет­ся, что «анашисты» и обер-кандаловцы говорят с ним на разных языках. В результате анашисты выбрасывают его из вагона поезда, а обер-кандаловцы распинают на саксау­ле. С наивной верой в возможность очищения мира от зла и безнравственности искренним душевным словом Авдий взо­шел на свою плаху.

Что заставляет человека сворачивать с правильного пути? В чем кроются причины перемен, происходящих с ним? К большому сожалению, на подобные вопросы лите­ратура не может дать однозначного ответа. Литератур­ное произведение лишь представляет типичные проявле­ния нравственных болезней времени. Главный же выбор остается за нами — реальными людьми, живущими в ре­альном времени.

Нравственные проблемы являются своего рода вторым оборотом ключа в повестях В. Быкова, который открывает дверь в произведение, при «первом обороте» представляю­щее собой незначительный военный эпизод. Больше всего писателя интересуют обстоятельства, в которых человек должен руководствоваться не прямым приказом, а исклю­чительно своими нравственными принципами. Ивановский («Дожить до рассвета»), Мороз («Обелиск»), Сотников («Сотников»), Степанида и Петрок («Знак беды») — вот далеко не полный перечень героев В. Быкова, которые оказываются в ситуации нравственного выбора и с честью выходят из нее. Погибает Алесь Мороз. Но перед смертью он «сделал больше, чем если бы убил сто немцев». Гибель Сотникова оказывается почетнее жизни, купленной Рыба­ком. Погибают Степанида и Петрок, до последней минуты своей жизни отстаивая свои личные нравственные прин­ципы.

«Истинный показатель цивилизации — не уровень бо­гатства и образования, не величина городов, не обилие урожаев, а облик человека», — говорил Р. Эмерсон. Когда мы совершенствуем себя, мы тем самым совершенствуем и окружающий нас мир. И мне кажется, что только путем нравственного развития человеческое общество сможет достигнуть вершин совершенства.