Великая Отечественная война победоносно завершилась. Победа создала в обществе особую духовную атмосферу — гордости, самоуважения, надежды. Крепла вера в то, что все худшее позади, что впереди новая жизнь, изобильная, справедливая, добрая, свободная от насилия, страха, диктата. Но власть выбрала иной курс, вернувшись на путь, которым она вела общество и страну в 30-е гг. Сложнейшие проблемы, вставшие перед СССР после войны, решались испытанными в довоенное десятилетие способами. В 1946—1953 гг. тоталитарная система достигла своего расцвета.

Нанесенный войной ущерб был громаден. Погибли около 27 млн человек, было уничтожено не менее одной трети национального богатства СССР (подробнее см. билет № 17). Восстановление разрушенной экономики, перевод ее с военных рельсов на мирные — таковы главные задачи, стоявшие перед страной. Первыми шагами стали проведение демобилизации армии, ее резкое сокращение (почти в 4 раза к 1948 г.); перераспределение расходов в пользу мирных отраслей промышленности и переориентация производства на мирные нужды; упразднение Государственного Комитета Обороны и передача его функций Совету народных комиссаров (с марта 1946 г. — Совет Министров); восстановление 8-часового рабочего дня, ежегодных отпусков, отмена обязательных сверхурочных работ. Четвертый пятилетний план (1946—1950) ставил задачу восстановить и превзойти довоенный уровень народного хозяйства. При этом первоочередная цель формулировалась однозначно — восстановление и развитие тяжелой промышленности. Восстановление сельского хозяйства, легкой промышленности, отмена карточной системы, возрождение разрушенных городов и сел рассматривались как важные, но подчиненные главной цели задачи. На практике это означало, что легкая промышленность по-прежнему финансировалась по «остаточному принципу», сельскому хозяйству вновь отводилась роль главного источника накоплений для восстановления индустриальной базы страны.

Тяжелая промышленность, согласно официальным показателям, достигла довоенного уровня в 1948 г.; в 1950 г. она превзошла его на 73%. Выросли объемы производства нефти, угля, металла, электроэнергии. Были построены новые промышленные предприятия. Это был несомненный успех, достигнутый за счет колоссального напряжения всех сил, трудового героизма народа (движение «скоростников», массовое перевыполнение норм и пр.). Определенное значение имели репарационные поставки промышленного оборудования из Германии. Как и в 30-е гг., широко использовался бесплатный труд узников ГУЛАГа (почти 9 млн заключенных и 2 млн немецких и японских военнопленных).

Сельское хозяйство достигло довоенных показателей к началу 50-х гг. Однако выйти на уровень, который обеспечивал бы бесперебойное снабжение страны продовольствием, оно не смогло. Засуха 1946 г. имела в этом смысле крайне тяжелые последствия, но главные причины фактической деградации колхозной деревни состояли не в ней. Перекачка средств из сельского хозяйства в промышленность приняла поистине ужасающие масштабы (закупочные цены, в частности, компенсировали не более 5—10% затрат на производство зерна, мяса, технических культур). Обязательные госпоставки увеличивались, налоги росли, приусадебные участки сокращались.

В 1947 г. была отменена карточная система распределения и проведена денежная реформа.

Народное хозяйство удалось в целом восстановить к началу 50-х гг. Это было достижение огромной исторической важности, результат самоотверженности и трудового подвига народа. Но чрезвычайные трудности послевоенных лет преодолевались опробованными еще в 30-е гг. средствами: сверхцентрализацией экономики, жестким диктатом, перекачкой средств в пользу тяжелой промышленности, консервацией низкого уровня жизни населения. Восстановление народного хозяйства, таким образом, сопровождалось ужесточением командной экономики, основы тоталитарного общества.

В послевоенные годы власть сделала все возможное, чтобы не только сохранить, но и упрочить тоталитарную систему в стране. Проводя выборы в Верховный Совет СССР, съезды партии (XIX съезд состоялся в 1952 г., на нем ВКП(б) была переименована в КПСС), комсомола, профсоюзов, народных судей, преобразуя народные комиссариаты в министерства, руководство страны предпринимало последовательные усилия для того, чтобы свести на нет демократический импульс победы.

Вновь начались репрессии: сначала против советских военных, оказавшихся в немецком плену (из 5,5 млн человек почти 2 млн попали в места заключения), и жителей оккупированных областей. Затем последовали новые волны депортаций населения из Крыма, с Кавказа, из Прибалтики, Западной Украины и Белоруссии. Население ГУЛАГа росло.

Следующие удары были нанесены по военным (арест маршала авиации А. А. Новикова, сподвижников маршала Г. К. Жукова и др.), партийной верхушке («ленинградское дело», расстрел Председателя Совета Министров СССР Н. А. Вознесенского, бывшего руководителя ленинградской парторганизации А. А. Кузнецова и др.), деятелям искусства (постановление о журналах «Звезда» и «Ленинград», публичное шельмование А. А. Ахматовой и М. М. Зэщенко, разносная критика музыки Д. Д. Шостаковича, В. И. Мурадели, С. С. Прокофьева, залрет второй серии фильма С. Эйзенштейна «Иван Грозный» и др.), ученым (осуждение генетики, кибернетики, дискуссии по проблемам языкознания, философии, политэкономии и др.), представителям еврейской интеллигенции (убийство С. Михоэлса, кампания против «безродных космополитов»). В 1952 г. возникло «дело врачей», обвиненных в намеренно неправильном лечении вождей партии и государства. Есть основания полагать, что И. В. Сталин готовил аресты в своем ближайшем окружении. Так ли это, точно не известно: 5 марта 1953 г. он умер от кровоизлияния в мозг.

Таким образом, все элементы тоталитарной системы — абсолютное господство единственной правящей партии, культ вождя, единая господствующая идеология, исправно функционирующий репрессивный аппарат — были в послевоенный период укреплены и усилены. Гайки были завинчены до предела. Дальнейшее ужесточение режима было невозможным. Наследники Сталина это ясно осознавали.