Ирвин Шоу
Краткие содержания произведений Шоу [2]

роман И. Шоу «Нищий, вор»
Страница: 1  [ 2 ]  3 

Уэсли приехал в Нью-Йорк для того, чтобы узнать как можно больше о прошлом отца. Он хотел знать правду и решил начать с самых близких родственников. Вечером Рудольф, Гретхен и Уэсли отправились ужинать в ресторан. Это был вечер воспоминаний. Рудольф и Гретхен рассказали племяннику всю правду о своём нелёгком детстве. Рудольф пообещал снабдить Уэсли списком людей, которые знали Томаса Джордаха. Остаться у дяди на ночь Уэсли отказался.

На следующий день Рудольф вместе с семьёй Хитов отправился в гости к Джин. После развода Джин купила себе домик на мысе Монток, жила там со своей компаньонкой, дородной массажисткой, и снова занялась фотографией. Рудольф был одинок. Он давно расстался с Жанной, и теперь боялся остаться наедине с Джин. Он боялся, что вечер, проведённый с ней, вызовет у него желание вернуться к семейному очагу. Именно поэтому он брал с собой Хитов. По дороге Джонни Хит уговорил Рудольфа съездить вместе с ним в Неваду и купить ранчо, выставленное на продажу.

Обычно Гретхен любила работать в монтажной по субботам, когда в безлюдном здании оставались только она и её помощница Ида Коэн. Но сегодня ей не работалось. Эванс Кинселла опять снимал как попало, и монтировал фильм было тяжело. Но Гретхен беспокоило не только это. Несколько дней назад Кинселла дал ей прочесть сценарий молодого, неизвестного автора. Гретхен пришла от него в полный восторг, но Кинселла отказался снимать по нему фильм. Гретхен решила высказать Кинселле всё, что она о нём думает и порвать с ним отношения. Ида уговорила её закончить монтаж фильма Кинселлы, а потом самой взяться за постановку этого сценария. Гретхен решила попросить денег у Рудольфа.

Рудольф прекрасно провёл выходные. У Джин был здоровый и бодрый вид. Она снова стала похожа на ту женщину, которую он так любил. Рудольф начал склоняться к мысли, что Инид лучше жить с матерью. В Нью-Йорк они вернулись поздно вечером. С чемоданом в руках Рудольф поднялся по ступенькам к входной двери. Она опять оказалась незапертой. В полутёмном вестибюле мужской голос приказал ему молчать и не дёргаться. Два хорошо одетых незнакомца, угрожая пистолетом, заставили Рудольфа подняться в его квартиру. Наличных денег у Рудольф не было, и это очень их разозлило. Они избили Рудольфа и разгромили квартиру. Придя ненадолго в себя, Рудольф сумел доползти до телефона и позвать на помощь Гретхен. Потом он снова потерял сознание. Рудольф провёл в больнице две недели и так и не съездил в Неваду с Джонни Хитом.
Часть третья

Уэсли привёз миссис Уэрфем заказанные ею в супермаркете продукты, и она пригласила его на чашку кофе. Потом она пригласила его в постель. В доме Крейлеров под запретом был не только кофе, поэтому Уэсли принял оба приглашения. Это был десятый заказ, который он отвёз миссис Уэрфем. Уэсли чувствовал, что наступил момент, когда всё должно пойти по-другому. Где-то за пределами Индианаполиса должна быть девушка, которую можно любить. А пока он будет просто ждать.

На почте Уэсли ждало два письма — от Рудольфа и от Кролика. Теперь он регулярно получал письма. Кролик сообщал, что «Клотильду» продали за сто десять тысяч долларов. До этого владельцем яхты был Рудольф. Никто не давал за яхту хорошую цену, и поэтому Рудольф купил её сам. Теперь он перепродал «Клотильду» немецкой семье. Кролик не остался на «Клотильде», хотя его и уговаривали, и устроился на яхту «Долорес». Кейт работала барменшей в своём родном городке. У неё родился сын, которого она назвала Томом, в честь отца. Уэсли уже дважды спрашивал у Кролика, не слышал ли тот чего-нибудь о Дановиче, но Кролик ни разу о нём не написал.

В письме Рудольфа лежали две бумажки по двадцать долларов. Уэсли никогда не просил денег, но был рад, когда они приходили. Рудольф писал, что переехал жить на новое место, подальше от Нью-Йорка. Он уже полностью оправился после двух пластических операций. Делать третью операцию, чтобы исправить сломанный нос, он не захотел. Гретхен приобрела права на сценарий и собирается ставить фильм. Она считает, что Уэсли может сыграть одну из ролей в её картине. В этом письме Рудольф послал Уэсли список людей, которые когда-либо знали Тома.

Оба письма Уэсли отдал Джимми, чернокожему пареньку, работавшему вместе с ним на доставке продуктов. Джимми был единственным другом Уэсли. Хранить письма дома Уэсли не мог: мать два раза в неделю обыскивала его комнату. Она не оставляла попыток привлечь Уэсли в лоно церкви, а бурные проявления материнской любви вызывали у Уэсли чувство неловкости. После обеда Уэсли попросил Джимми с завтрашнего дня доставлять миссис Уэрфем её покупки.

Домой Уэсли идти не хотелось. Обстановка там была гнетущей, потому что сын мистера Крейлера Макс погиб во Вьетнаме. Цинковый гроб должны были привезти со дня на день. Уэсли всё чаще подумывал о побеге, но ему хотелось дать матери ещё один шанс.

Тело Макса сопровождал капрал Хили. Уэсли пришлось спать с ним на одной кровати, потому что в комнате для гостей остановилась замужняя дочь мистера Крейлера, Дорис. Вечером Дорис пришла в их комнату. Она была в ночной рубашке, сквозь которую просвечивало тело. Днём Дорис подмигивала Хили, и теперь Уэсли собрался оставить их вдвоём. Вдруг дверь распахнулась. На пороге с каменным лицом стояла его мать. Тереза пригрозила Уэсли, что всё расскажет мистеру Крейлеру, и тот выпорет его. Уэсли сказал, что убьёт мистера Крейлера, если он до него дотронется. Тогда Тереза выгнала Уэсли из дому, крича при этом, что он не получит своей доли наследства — она не собирается отдавать целое состояние в руки законченного убийцы. Уэсли собрал свои вещи и в это же вечер покинул дом мистера Крейлера.

В Чикаго Уэсли подбросил шофёр грузовика. Заглянув в свой список, Уэсли увидел адрес Уильяма Эббота и решил начать своё расследование с него. Эббот не произвёл на Уэсли благоприятного впечатления, и он постарался поскорее уйти. Из Чикаго Уэсли позвонил Рудольфу. Он сообщил племяннику, что в Индианаполисе выписан ордер на его арест. Тереза заявила, что уходя из дома Уэсли украл 150 долларов из кувшина над плитой, и Уэсли нельзя было сейчас приезжать к Рудольфу. Уэсли сразу понял, что деньги взял Хили. Он вспомнил о девушке из редакции журнала «Тайм», которая так помогла ему, и решил отправиться в Нью-Йорк.

После телефонного звонка из Чикаго Уэсли не разговаривал с дядей около двух месяцев. Приехав в Нью-Йорк, он сразу же направился к Элис Ларкин. Она явно обрадовалась ему. Уэсли рассказал ей о своей цели: понять каким видели Тома люди, которых он знал. Элис захотела ему помочь. Она поселила Уэсли в своей маленькой квартирке и купила ему новую одежду. Элис призналась Уэсли, что хочет написать о нём роман. Уэсли записывал истраченные на него суммы в записную книжку, планируя вернуть долг после своего совершеннолетия.

Уэсли решил начать с Форта-Филипа, где и началась история Джордахов. Через свой журнал Элис выяснила, что Теодор Бойлан ещё жив и по-прежнему живёт в своей усадьбе. Ворта во владения Бойлана были сломаны, дорога в рытвинах, лужайки заросли высокой травой. Дом Бойлана показался Уэсли похожим на тюрьму. Сам Теодор Бойлан оказался стариком с острым носом и мутными глазами. Он презрительно отозвался о Томе как об убийце и поджигателе. Выйдя из комнаты, Уэсли подумал, что отцу следовало поджечь не только крест, но и всё это проклятое место.

Следующим был Доминик Джозеф Агостино, бывший тренер спортивного клуба, в котором работал Том. Эллис узнала, что он всё еще работает в том же клубе швейцаром. Глядя на него, Уэсли не мог представить себе, что этот человек был когда-то молодым. Агостино до сих пор был благодарен Тому за то, что тот когда-то отомстил за него отпрыску старой бостонской семьи. На прощание он сказал Уэсли: «Многих следовало убить, прежде чем очередь дошла бы до твоего отца». Уэсли вернулся в Нью-Йорк совсем в другом настроении, чем после Форта-Филипа.

Пока Уэсли отсутствовал, Эллис разыскала Клотильду. Несколько лет назад в Элизиуме состоялся громкий бракоразводный процесс Харольда Джордаха. Жена застала его в постели со служанкой и отобрала у него половину состояния. Служанкой была Клотильда. Теперь она владела прачечной в Элизиуме.

Сначала Уэсли планировал повидаться с Харольдом Джордахом, но тот не захотел иметь дело с сыном Тома. Тогда Уэсли пошёл в прачечную, чтобы встретиться с женщиной, которую так любил его отец. Клотильда оказалась невысокой, коренастой, стареющей женщиной. Она была рада видеть Уэсли. Хота у Клотильды был другой мужчина, она до сих пор жила воспоминаниями о Томе. «Твой отец был самым нежным мужчиной, о таком женщина может только мечтать в своих странствиях по этой земле» — сказала она Уэсли на прощание.

Старик Шульц, бывший менеджер Тома, жил в доме для престарелых в Бронксе. Он всё ещё не мог простить Тома за то, что он загубил его единственный шанс заполучить чемпиона. Шульц считал, что Тома сгубили бабы. Уэсли устал от того, что отца постоянно поливают грязью, и думал о том, чтобы бросить эту затею. Эллис стала отговаривать Уэсли, и он на неё накричал. Элис расплакалась, Уэсли обнял её, чтобы утешить, и поцеловал.

Калвин Ренвей отличался от Кролика Дуайера только цветом кожи. Он принял Уэсли как принца, и очень расстроился, узнав, что Том погиб. Он был единственный человек, который смог защитить чернокожего матроса от Фальконетти. Это был самый счастливый момент в жизни Ренвея. «Если ты станешь хоть наполовину таким, каким был твой отец, тебе надо будет каждый день благодарить бога» — сказал он Уэсли. На прощание Ренвей подарил ему маленькую, обтянутую кожей, шкатулку с золотым теснением — самую дорогую вещь, какая у него была, и угостил лучшим в Гарлеме обедом. Спускаясь в подземку, Уэсли выбросил свой список. После таких слов об отце уже нет смысла встречаться ещё с кем-то, подумал он и почувствовал облегчение, словно с души у него свалился камень.

Рудольф арендовал дом на берегу Атлантического океана. Несколько дней в неделю с ним проводила Элен Морисон. Она была разведена и однажды на вечеринке у соседей сама подошла к Рудольфу. Элен была высокой стройной женщиной с чётко очерченным лицом и тёмными красновато-коричневыми волосами.


Страница: 1  [ 2 ]  3