В отличие от других персонажей комедии, чья «перспектива чувств» уходит в прошлое (Раневская, Гаев, Фирс) или в будущее (Трофимов, Аня), Л. — весь в «настоящем», переходном, неустойчивом времени, разомкнутом в обе стороны «временнбй цепи» (Чехов). «Хам», — однозначно аттестует его Гаев. По мнению Трофимова, у Лопахина «тонкая, нежная душа» и «пальцы, как у артиста». Правы оба. И в этой правоте обоих «психологический парадокс» образа Лопахина.

«Мужик мужиком» — несмотря на часы, «белую жилетку» и «желтые сапоги», несмотря на все его богатство, — Лопахин работает, как мужик: встает «в пятом часу утра» и трудится «с утра до вечера». Он находится в постоянной деловой горячке: «надо спешить», «пора», «время не ждет», «некогда разговаривать». В последнем действии, после покупки вишневого сада, его деловой азарт переходит в какую-то нервную деловую лихорадку. Он уже не только сам спешит, но и торопит других: «Поторапливайтесь», «Пора ехать», «Выходите, господа…».

Прошлое Лопахин («Мой папаша был мужик, идиот, ничего не понимал, меня не учил, а только бил спьяна, и все палкой») проросло в настоящее и отзывается в нем: дурацкими словечками («Охмелия…», «до свиданция»); неуместными шуточками; «скверным почерком», из-за которого «от людей совестно»; засыпанием над книжкой, в которой «ничего не понял»; рукопожатием с лакеем и пр.

Л. охотно одалживает деньги, являясь в этом смысле «нетипичным» купцом. Он «попросту», от сердца предлагает их Пете Трофимову в дорогу. Он искренне заботится о Гаевых, предлагая им «проект» спасения от разорения: разбить вишневый сад и землю по реке на дачные участки и потом сдавать их в аренду под дачи. Но именно в этой точке и завязывается неразрешимый драматический конфликт: во взаимоотношениях «спасателя» Л. и «спасаемых» владельцев имения.

Конфликт не в классовом антагонизме, не в противостоянии экономических интересов или враждебно настроенных личностей. Конфликт располагается совсем в другой области: в тонкой, почти неразличимой сфере «культуры чувств». В сцене приезда Раневской Л. видит ее светлую радость при встрече с домом, детством, прошлым; наблюдает растроганность Гаева, волнение Фирса. Но он не в силах разделить эту радость, это волнение, эту «знобкость» чувств и настроений — он не в силах сочувствовать. Ему и хотелось бы сказать «что-нибудь очень приятное, веселое», но он охвачен другой радостью и иным волнением: он знает, как можно спасти их от разорения. Он торопится обнародовать свой «проект» и наталкивается на возмущенное гаевское «Чепуха» и смущенные слова Раневской: «Милый мой, простите, вы ничего не понимаете». Произнося слова о необходимости «поубрать» здесь, «почистить», «снести», «вырубить», он даже не понимает, в какой эмоциональный шок повергает тем самым владельцев родового имения, с которым связана вся их жизнь. Эта грань оказывается непереходимой ни для одной, ни для другой стороны драматического конфликта.

Чем активнее добивается Л. согласия на снос старого дома и вырубку вишневого сада, тем глубже становится пропасть непонимания. С развитием действия растет и эмоциональное напряжение этого противостояния, на одном полюсе которого лопахинское «Л или зарыдаю, или закричу, или в обморок упаду. Не могу! Вы меня замучили!» — а на другом чувство Раневской: «Если уж так нужно продавать, то продавайте и меня вместе с садом». Л. не может понять, что для Раневской простое «да» означает полное самоуничтожение и саморазрушение личности. Для него этот вопрос «совсем пустой».

Скудость эмоционального «спектра», душевный «дальтонизм», глухота к различению

Оттенков чувств делают для Л. невозможным близкий, сердечный контакт с Раневской, которую он «любит, как родную, больше, чем родную».

В Л. нарастает какое-то смутное сознание своей обделенное™, тяжелое недоумение перед жизнью. Он стремится не дать воли этим мыслям и «забивает» их напряженной работой: «Когда я работаю подолгу, без устали, тогда мысли полегче, и кажется, будто мне тоже известно, для чего я существую». В часы бессонницы он способен к масштабным обобщениям: «Господи, ты дал нам громадные леса, необъятные поля, глубочайшие горизонты, и, живя тут, мы сами должны бы по-настоящему быть великанами». Но в жизни это приводит к «размахиванию руками» и отчужденному замечанию Раневской: «Вам понадобились великаны… Они только в сказках хороши, атак они пугают». В мире дворянской культуры грубая резкость и определенность чувств Л. — неуместны. Равнодушный к красоте и поэзии вишневого сада, Л. имеет свои понятия о красоте: «Я весной посеял маку тысячу десятин и теперь заработал сорок тысяч чистого. А когда мой мак цвел, что это была за картина!»С наибольшей открытостью тоскливая внутренняя сила Л. прорвалась в сцене возвращения с торгов. Пьяный кураж монолога — с топотом ног, с хохотом и слезами — выразил «тонкую и нежную» душу «хама». Пусть «как-то случайно» (К. С.Станиславский), «почти невольно», «неожиданно для себя», но имение Раневской он все-таки купил. Он делал все, чтобы спасти хозяев вишневого сада, но не имел душевного такта не рубить его на глазах у бывших владельцев: торопился очистить от «прошлого» площадку под «будущее».

Похожие сочинения

  1. Образ Ани, дочери Раневской в пьесе «Вишневый сад»
    Аня — семнадцатилетняя девушка, всем своим прошлым связанная с вишнёвым садом. В комедии нет прямой характеристики прошлого Ани. Однако отдельные детали пьесы позволяют в известной мере восстановить историю её духовного роста. Аня получила обычное...смотреть целиком
  2. Аня и Петя Трофимов в пьесе «Вишневый сад»  Новое!
    Дочь Раневской, Аня, и Петя Трофимов, бывший репетитор ее покойного младшего брата, не являются главными героями «Вишневого сада» - ведь действие пьесы сосредоточено на истории продажи усадьбы с вишневым садом. С этим центральным эпизодом гораздо более...смотреть целиком
  3. Второстепенные персонажи в пьесе «Вишневый сад»
    Изображая в пьесе быт дворянской усадьбы, Чехов Выводит на сцену и целую группу лиц, связанных с усадьбой. Это наряду с камердинером Фирсом лакей Яша, конторщик Епиходов, горничная Дуняша, экономка Варя. Образы их важны в том отношении, что, с одной...смотреть целиком
  4. Прошлое, настоящее и будущее в пьесе А. П. Чехова "Вишневый сад"
    Своей последней пьесе Чехов дал подзаголовок — комедия. Но в первой постановке Московского Художественного академического театра еще при жизни автора пьеса предстала тяжелой драмой, даже трагедией. Кто же прав? Нужно иметь в виду, что драма — это литературное...смотреть целиком
  5. Мать и дочь Раневские  Новое!
    Чем больше привычек имеет человек, тем меньше он свободен и независим. И. Кант «Вишневый сад» был написан Чеховым в завершение творческого пути писателя. Пьеса начинается с того, что Раневская приезжает в свое поместье, а в конце II действия уезжает...смотреть целиком
  6. Принципы изображения персонажей в пьесе «Вишневый сад»  Новое!
    Новаторство обычно возникает на почве творческого овладения традициями как обогащение и обновление художественной литературы новыми достижениями и открытиями и в области содержания, и в области формы. Традиции и новаторство - явления диалектически взаимосвязанные....смотреть целиком
  7. Художественный анализ пьесы «Вишневый сад»  Новое!
    5 октября 1903 года Н. К. Гарин-Михайловский писал одному из своих корреспондентов: «Познакомился и полюбил Чехова. Плох он. И догорает, как самый чудный день осени. Нежные, тонкие, едва уловимые тона. Прекрасный день, ласка, покой, и дремлют в нем море,...смотреть целиком