По обыкновению, если хочешь понять тот или другой народ, ощутить его традиции, ментальность, пойми прежде всего его родной язык и эпос, так как именно они являются тем индикатором, который обнаруживает все особенности, тонкости и другие нюансы, присущие представителям того народа, который тебя интересует. Хочешь полнее ощутить, что представляют собой скандинавы, обратись к Едд (как Старшей, так и Младшей), не забудь также о сагах; немцы - тогда путь тебе к «Песне о Нибелунгах»; греки - ну, если не знаешь их эпоса, то дальше и разговаривать довольно (на всякий случай напоминаю ключевые слова: Троя, Одисей, Геракл, Ахилл, Аргонавты и прочие); испанцы - направь внимание на «Песню о моем Сиде»; французы - тогда разыскивай «Песню о Роланде», о которой и пойдет речь.

«Песня о Роланде» - выдающийся памятник мировой литературы. Честно говоря, при чтении этой поэмы так и хочется, улыбнувшись и качая главой, воскликнуть «ох, уже эти французы!» Даже их героический эпос - и тот насыщенный похвальбой, неугомонностью, отчаянностью, патетичностью, но и храбростью, презрением трудностей, блистательностью, благородством, достоинством, смелостью.


За своей художественной сутью «Песня о Роланде» - действительно, яркий пример эпоса с типичным для этого рода литературы тяготением к монументальности, повторам и вариациям, приподнятым французской страстью к гиперболе (вот чего точно не отнять!), пафоса и патетичности. Историческая правда, которая служила когда-то основой для создания эпической поэмы (хотя в этом некоторые исследователи расходятся), и то, чем она стала наконец - две диаметрально противоположные вещи. Но - и здесь уже шутливый тон изменяется на серьезный - это не мешает поэме оставаться одной из ключевых фигур на доске эпосов мира.

На самом деле, как рассказывают нам официальные хроники тех времен, поход Карла Большого за Пиренеи был неудачным, а врагами, которые напали на арьергард французской армии были баски, а не сарацины. Но такие детали при прочтении произведения становятся мелкими и незаметными. Также захваченный читатель с пониманием и милостью отнесётся к таким нюансам, как то, что география поэмы просто фантастическая, что по подсчетам каждые пять французов убивают, по меньшей мере, четыре тысячи неверных, а звук рога Роланда звучит на тридцать лиг.

Важно, что этот героический эпос дает нам воображение о верности и измене, честности и храбрости, подлости и изобретательности - а все это удивительно ярко показано в поэме без полутонов и штрихов, наличие которых извинило бы или, наоборот, разрушило категоричность нашего восприятия образов произведения. Если подлость - то ярая, если храбрость - это бесшабашная, если любовь - это живёт до последнего дыхания возлюбленного и с ним умирает, если Божья милость - это до восхождения ангелов за перчаткой героя.

Но главное (по крайней мере, по моему мнению, т.е. единственно правильному) то, что «Песня о Роланде» воспитывает настоящих героев у нас самых. Роланд - идеальный рыцарь, патриот, непримиримый к врагам, правдолюб. Его друг и соратник Оливер также выдающийся воин, изощренный стратег, менее бесшабашный, более здравомыслящий. Король Карл Большой - воплощение мудрости, благородства, чести, верности государству, т.е. тех рис, которыми наделен истинный правитель. Именно в такой компании мы, читателе «Песни о Роланде», путешествуем ее страницами, принимаем участие в войнах и битвах, закаляемся в походах. И эти рыцари становятся для нас образцами, а честность и благородство их образов - светом, который укажет нам правильный путь на бездорожье жизни.