Страница: [ 1 ]  2  

Пугачев (Пугач, Емелька) — новый тип героя русской прозы, вождь антидворянского восстания, литературный «двойник» реального Емельяна Пугачева, изображенного в пушкинской хронике «История пугачевского бунта» (1836). «Тот» Пугачев — бессмысленно жесток, как всякий кровавый вождь обезумевшей стихии, и только. Образ «великого государя» «Капитанской дочки» многогранен: П. то злобен, то великодушен, то хвастлив, то мудр, то отвратителен, то всевластен, то зависим от окружения. Он связан не только со страшными событиями екатерининской эпохи, но и полувымышленными событиями пушкинской повести; зависит не только от расстановки социальных сил, но и от расстановки сил сюжетных. Пушкин последовательно соотносит образ народного вождя с образами дворянских генералов, с образами «людей из толпы», даже с образом Екатерины II; но главное сопоставление — все-таки с образом Петруши Гринева, обычного человека, действующего в великой истории.


П. неотделим от стихии; он вызывает ее к жизни, он ведет ее за собою — и в то же время подчиняется ее безличной власти. Потому впервые на страницах повести он появляется во время снежного бурана, как бы рождаясь из самой его сердцевины. Герои (Гринев и его слуга Савельич) бессильны против буйства непогоды; они заблудились; снег заметает их, но внезапно появившийся чернобородый казак (сюжетный аналог запорожца Кирши в «Юрии Милославском») говорит: «Дорога-то здесь, я стою на твердой полосе». В том и дело, что твердая полоса П. — это беспутье; он — проводник, дорожный бездорожья; он выводит путников по звездам — и его собственная звезда ведет его по историческому пути.
Пушкину настолько важно раз и навсегда связать образ П. с величественно-смертоносной символикой снега, что он легко поступается реальной хронологией. Страшный буран происходит в самом начале сентября; это не до конца правдоподобно, зато работает на построение образа и сюжета, дает возможность Петру-ше пожертвовать для П. заячий тулупчик — в благодарность за «путеводство» и просто из человеческого сочувствия к казаку, в холода пропившему свой тулуп. И затем Пугачев неизменно будет появляться в сопровождении зимнего пейзажа; и как иначе, если он свалился на Российское государство как снег на голову? Точно так же дворянский мир последовательно связывается в повести с символикой осени, очаровательной, легкой, ненадежной, предсмертной. В то самое время, как в Белогорской крепости, взятой П., свирепствует снежная зима, в Оренбурге, отстоящем всего на 40 км, еще угасает осень; генерал, которому поручено защищать город от восставших, подвязывает яблони соломой, чтобы сохранить их от мороза; точно так же дряхлеющее дворянство хочет «подстелить соломку» П., закрыться от его молодой, холодной силы. И в финальной сцене свидания Маши, невесты Гринева (арестованного по обвинению в содействии П.), с императрицей Екатериной Пушкин окружает героинь пейзажем ранней осени с ее «свежим дыханьем».


Центральная проблема повести — проблема человеческой свободы перед лицом исторических обстоятельств. Именно поэтому Пугачев показан не глазами приближенного (иначе то была бы лубочная картинка с великим государем, торжествующим властелином судьбы — как в полулегендарных отзывах пугачевцев о своем вожде). И не глазами опытного дворянского историка (тогда получилась бы карикатура на самозванца — как в официальном извещении о П., которое «объявляет» комендант Белогорской крепости). П. показан глазами простого и частного дворянина, который никогда не примет бродягу за «Петра Фео-доровича III», но и не станет искусственно снижать образ, чтобы встроить его в готовую идеологическую конструкцию. Кроме того, действие повести начинает разворачиваться в 1773 г., а это дает возможность показать П. не только во время, но и до восстания, когда за ним не тянется еще шлейф ярко описанных преступлений. Как только герои выбираются из бурана, читатель (с «помощью» Гринева) видит перед собой сорокалетнего мужика, среднего роста, худощавого, широкоплечего, с проседью в черной бороде, с бегающими глазами, приятным, но плутовским выражением лица. Ничего «мистического», «избранни-ческого» в этом облике нет; потому особенно комичным покажется читателю более поздний рассказ рядового казака о том, как «государь» по-царски скушал двух поросят и показывал в бане свои царские знаки на грудях. В центре сюжета — умеренно умный авантюрист, чья судьба отнюдь не предрешена; то, что именно он вскоре станет во главе грандиозных исторических событий, — во многом случайность.


Вторая встреча с П., во взятой им Белогорской крепости, дает иной образ. Гринев, ожидающий казни, видит перед собою самозванца, восседающего в креслах, одетого в красный казацкий кафтан, обшитый галунами; затем на белом коне, в окружении «енералов». Это — персонаж исторического маскарада, на котором вместо клюквенного сока проливают человеческую кровь. И даже то, что П. милует боярского дитятю Гринева благодаря заступничеству его крепостного слуги (которого «государь» не мог не вспомнить — ибо Савельич назойливо защищает «имущественные права» барчука) поначалу кажется не проявлением обычного человеческого чувства, а всего лишь подражанием «царскому жесту». (И потом П. не раз будет по-царски повторять: казню так казню, милую так милую.)


Лишь во время третьего «свидания» П. раскрывается до конца. Гринев присутствует на казачьем пиру; замечает, что черты пугачевского лица скорее приятны и совсем не свирепы; слышит его любимую песню («Не шуми, мати зеленая дубровушка»), догадывается, что сквозь сюжет этой песни проступают линии судьбы самого крестьянского вождя. (Православный царь вопрошает «детинушку, крестьянского сына», с кем тот воровал, «с кем разбой держал» и в конце концов «жалует» его виселицей.) Разговор наедине подтверждает это: «великий государь» понимает, какую опасную игру затеял, но надеется: «А разве нет удачи удалому?» И когда наутро он не только принимает «счет», выставленный Савельичем за разграбление барского имущества, но и жалует отпущенному Гриневу тулуп — это не только и не столько «царский жест», но и движение души: долг платежом красен.


Собственно, лепка образа завершена; далее при встрече с Гриневым П. будет лишь поворачиваться то одной («авантюрной»), то другой («самозванческой»), то третьей, главной («человеческой») стороной, еще и еще раз подтверждая то, что читатель о нем и так уже знает. Золотая бумага, которой оклеены стены его избы («дворца»), притворная важность, хвастливый вопрос, какой задаст он Гриневу по пути в Белогорскую, — мог бы с ним потягаться король прусский «Федор Федорыч» — напоминают о самозванческой психологии Пугача; неоднократные упоминания о Гришке Отрепьеве; сказка об орле и вороне (лучше жить тридцать лет, чем триста лет питаться падалью) — напоминают о его авантюрном уме и характере; веселая готовность поучаствовать в вызволении гриневской невесты из лап дворянина-пугачевца Швабрина; предложение стать посаженым отцом на их свадьбе — не дают забыть о естественной человечности, которая, несмотря ни на что, живет в разбойной душе П. Недаром у Гринева рождается пламенное желание вырвать его из среды злодеев!


Но именно этот порыв обнаруживает главное противоречие пугачевской судьбы. Если П. — вождь, зачем его «вырывать из среды» злодеев, которыми он безраздельно властвует? А если он не властвует ими, если зависит от них, то какова же его роль в истории

Похожие сочинения

  1. Изображение народа и Пугачева в повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка»
    В исторической повести “Капитанская дочка” А. С. Пушкин обращается к XVIII веку, к крестьянскому восстанию под предводительством Емельяна Пугачева. Действие в произведении происходит в 1772-1775 годах. Пушкин считал, что в повести должна быть “историческая...смотреть целиком
  2. Капитанская дочка
    “Капитанская дочка” положила начало русскому историческому роману. Своими произведениями на исторические темы Пушкин внес вклад огромной ценности в русскую литературу. В своих исторических произведениях он воссоздал самые значительные эпизоды из жизни...смотреть целиком
  3. Народ в повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка»
    В “Капитанской дочке” А. С. Пушкин создал поистине народные характеры, поистине русские. Он показал, что наравне со свободолюбием и мятежностью, наравне с величием и достоинством, национальному характеру присущи смиренность и послушание — качества, сформированные...смотреть целиком
  4. Романтическая любовь в повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка»
    Как это часто бывает, через судьбы простых, обыкновенных людей прокладывает себе путь история. И эти судьбы становятся ярким «цветом времени». Кто же является главным героем в «Капитанской дочке» Александра Сергеевича Пушкина? Представитель народной...смотреть целиком
  5. Сопоставление фактов в «Капитанской дочке»
    Часто, наоборот, сопоставление фактов, событий, о которых говорит или которые рисует рассказчик, подтверждает и углубляет его оценки и выводы. Так, перекликаются сцены военных советов в Белогорской крепости и в Оренбурге. Сопоставление этих сцен может...смотреть целиком
  6. История России в повести А. С. Пушкина “Капитанская дочка”
    История России полна воспоминаний о народных волнениях, иногда глухих и малоизвестных, иногда – кровавых и оглушительных. Одним из наиболее известных таких событий является восстание Емельяна Пугачева. Александр Сергеевич Пушкин серьезно интересовался...смотреть целиком
  7. История Маши Мироновой (по повести «Капитанская дочка»)
    Маша Миронова — дочь коменданта Белогорской крепости. Это обыкновенная русская девушка, “круглолицая, румяная, с светло-русыми волосами”. По своей натуре она была трусливой: боялась даже ружейного выстрела. Жила Маша довольно замкнуто, одиноко; женихов...смотреть целиком