Страница: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  [ 12 ]  13  14  15  16  

испортило
воспитание, а воспитание зависит от отношений, от условий экономического
быта, от суммы гуманных идей, находящихся во всеобщем обращении; если
воспитание плохо в каком бы то ни было отношении, в этом прямо виновато
общество; ни вы, ни я, ни Петр, ни Сидор отдельно не заслуживают порицания,
но те отношения, в которых Петр стоит к Сидору или я стою к вам, могут быть
названы ложными, неестественными и стеснительными.
Отношения эти образовались помимо нас и до нашего рождения; их освятила
история, их не устранит никакая единичная воля; верить и сомневаться мы не
можем ad libitum; {По желанию (лат.). - Ред.} мысли наши текут в известном
порядке, помимо нашей воли; даже в процессе мысли мы стеснены условиями
нашей физической организации и обстоятельствами нашего развития; если вы
выросли при известной обстановке, свыклись с нею в течение вашей жизни и
притом не обладаете значительною силою мысли, то вам, может быть, никогда не
удастся обсудить эту обстановку совершенно свободно и смело; винить вас в
этом было бы смешно, но заметить, что ваша робость оказывает вредное влияние
на зависящие от вас личности, было бы совершенно справедливо; устранить это
вредное влияние, хотя бы вам это было не по сердцу, также очень законно; но
валить на вас ответственность за то, что вы поступаете сообразно с вашею
природою, безжалостно и бесполезно. Если пороховые газы у вас в руках
разорвут ружье, в котором уже образовался расстрел, то вы, вероятно, не
станете сердиться ни на ружье, ни на порох, хотя бы от разрыва у вас
перекалечило руки. Вы просто выведете заключение, что расстрелянное ружье
может быть разорвано, если положить в него слишком крепкий заряд, и,
вероятно, на будущее время будете осмотрительнее. Если бы только вы могли
быть всегда последовательны, то и на человеческие слабости и погрешности вы
смотрели бы так же бесстрастно, как на разрыв ружья; вы бы остерегались от
вредных последствий этих слабостей, но на самые слабости не могли бы
сердиться; поэтому необходимо хоть в критике становиться выше искусственного
понятия; необходимо, говоря о личности человека, рассмотреть причины его
поступков, привести их в соотношение с условиями его жизни, объяснить их
влиянием обстоятельств и вследствие этого оправдать того грешника, в
которого прежде летели камни. В заключение всего можно только сказать о
подсудимой личности: такой-то слаб и не вынес гнета обстоятельств, а
такой-то силен и победил все препятствия. Одного мы уважаем за его силу,
другого презираем за его слабость по той же самой причине, по которой мы с
удовольствием съедаем кусок свежего мяса и с отвращением выбрасываем в
помойную яму гнилое яйцо. Кто же во всем этом виноват? Неужели сам субъект,
т. е. продукт известных условий, совершенно не зависевших от его выбора? -
Никто не виноват, да и что это за скверное слово: _вина, виноват_; от него
пахнет уголовным наказанием. Это слово, это понятие исчезает теперь, и
пенитенциарная система Северных штатов является нам первою удачною попыткою
заменить наказание - перевоспитанием.
Шамилов и подобные им личности не имеют права претендовать на общество
за то, что общество обращается с ними как с трутнями, но они имеют право
жаловаться на то, что общество допустило их сделаться людьми дряблыми и
никуда не годными. Они должны сказать: мы - лишние люди, нас нельзя
пристроить ни к какому делу, но если бы нас иначе воспитывали в детстве и
иначе направляли в молодости, мы, может быть, не обременяли бы собою земли и
не относились бы к коптителям неба и к чужеядным растениям.


VI



Чтобы оттенить своих героев, принадлежащих к рудинскому типу, чтобы
рельефнее выставить беспощадность своих отношений к их чахлым личностям и
смешным претензиям, Тургенев и Писемский ставят их рядом с простыми, очень
неразвитыми смертными, и эти простые смертные оказываются выше, крепче и
честнее полированных и фразерствующих умников. Рудин пасует перед
Волынцевым, перед отставным армейским ротмистром, не получившим никакого
образования. Эльчанинов у Писемского в подметки не годится Савелию,
мелкопоместному дворянину, пашущему вместе с своим единственным мужиком.
Шамилов оказывается дрянью в сравнении с лихим гусаром Карелиным и даже в
сравнения с тупоумным Сальниковым.
Рудин, Эльчанинов и Шамилов гораздо образованнее и даже развитее тех
личностей, которым они противополагаются, а между тем неотесанные натуры
последних внушают гораздо больше доверия, уважения и сочувствия. Отчего это
происходит? Оттого, что в фразерах мы ничего не видим, кроме известной
дрессировки, а в дичках видим человека, каков он есть, с самородными
достоинствами и с прилипшими случайно странностями и шероховатостями. Но
теперь возникает другой вопрос: с какою целью Тургенев и Писемский решаются
делать эти сопоставления? Что они хотят этим доказать? Неужели то, что
образование вредно действует на человека? На последний вопрос можно смело
ответить: нет. Дело в том, что польза образования, на словах, если не на
самом деле, до такой степени признана всеми, что этого положения никто не
станет доказывать и что против этого положения, выраженного совершенно
абстрактно, никто не станет спорить. Сам Аскоченский не скажет прямо:
образование вредно, хотя и постарается под благовидным предлогом очернить
самые светлые его результаты. Для порядочных же людей нашего времени вопрос
о пользе образования давным-давно, чуть не с пеленок, перестал быть
вопросом. К признанному же факту, стоящему на незыблемых основаниях, мы
можем относиться совершенно смело, с самою беспощадною и последовательною
критикою. Нам незачем ни миндальничать перед идеями цивилизации, ни
благоговеть перед ее благодеяниями. Мы можем уже говорить другим тоном. Мы
видим, что свет цивилизации исподволь распространяется в нашем обширном
отечестве, и от всей души радуемся этому факту, но, признавая его
чрезвычайно важным, именно по этой причине и стараемся всмотреться в него
как можно пристальнее. Великолепное растение, принадлежащее всем людям, но
возделанное с особенною любовью западными европейцами и доставляющее им
богатые плоды, перенесено на нашу почву и посажено на наших равнинах, где
его и ветром качает, и снегом заносит, и засухой зажаривает. Ведь, право, не
грешно будет спросить: каково принялось иноземное растение? есть ли надежда
акклиматизировать его под нашим негостеприимным небом? Не грешно будет
ответить на это: надежда, пожалуй, есть; да где же ее нет? А принялось-то
нежное растение Запада не совсем хорошо; характер его извращен
климатическими и другими условиями; плоды мелкие и горьковатые; зелень
чахлая и тощая. Вот и стали кричать по этому случаю славянофилы: \"Не надо
нам этого растения! Оно нам не по климату; оно истощит всю нашу навозную
почву, - которую мы, отцы и деды наши удобряли с таким постоянным усердием,
не щадя живота и животов. Проклятый тот народ, который возделывает это
растение; чтоб ему подавиться теми плодами, которые оно приносит!\"
Было бы грустно думать, что лучшие из наших современных художников
вторят в своих произведениях этим нестройным крикам. Неужели Писемский и
Тургенев славянофильствуют, ставя полудикие натуры выше фразеров? Если бы
эта статья принадлежала перу славянофила, то наверное бы автор ее подвел
такого рода заключение и пришел бы в неописанный восторг оттого, что наши
повествователи преклоняются будто бы перед народною правдою и святынею. Я
же, не имея счастья принадлежать к сотрудникам покойной \"Русской беседы\" и
ныне процветающего \"Дня\", {13}позволю себе взглянуть на дело более широким
взглядом и постараюсь оправдать Тургенева и Писемского от упрека в
славянофильстве.


Страница: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  [ 12 ]  13  14  15  16  

Похожие сочинения

  1. СТОЛКНОВЕНИЕ "ВЕКА НЫНЕШНЕГО" - И "ВЕКА МИНУВШЕГО"
    "Главная роль, конечно, -роль Четкого, без которого не было комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов". И.А. Гончаров Нельзя не согласиться с Гончаровым, что фигура. Чацкого определяет конфликт комедии - конфликт двух эпох. Он возникает потому,...смотреть целиком
  2. Творчество Гончарова во время кругосветного путешествия
    Желание увидеть дальние страны, на время покинуть петербургский свет не были единственными причинами, по которым Гончаров, не раздумывая, хотел отправиться в трудное и опасное путешествие. Тоска по вдохновенному творческому труду, сознание бесполезно...смотреть целиком
  3. Гончаров Иван Александрович – прозаик, критик
    Гончаров учился в частном пансионе, где приобщился к чтению книг западноевропейских и русских авторов и хорошо изучил французский и немецкий языки. В 1822 году поступил в Московское коммерческое училище. Не закончив его, Гончаров поступил в 1831 году...смотреть целиком
  4. Авторская позиция - Гончаров
    Гончаров, как и любой другой писатель, старается быть лояльным по отношению к описываемому, и вследствие этого мы не можем найти конкретных слов, выражающих его авторскую позицию. Но ее можно узнать через мнения персонажей, через ситуации, в которых...смотреть целиком
  5. Основные конфликты в романах Гончарова  Новое!
    Свой первый роман он построил растянуто и неэкономно на целом ряде интриг, не связанных друг с другом, и этим лишил и сами истории, и характеры выступающих в них женщин достаточной значительности. В двух других романах конфликты отличаются большей цельностью....смотреть целиком
  6. Портретно бытовые характеристики героев в романах Гончарова
    Создавая портретно-бытовые характеристики героев, он стремится запять при этом позицию постороннего наблюдателя. Он говорит только о том, что можно заметить и понять в наружности, манерах, движениях героев, если на них смотреть со стороны. И взяв такой...смотреть целиком
  7. Идейно художественные особенности романов Гончарова и их значение
    Романы Гончарова очень своеобразны по идейному содержанию и художественной форме. От романов Тургенева они отличаются гораздо большим интересом автора к повседневной бытовой жизни господствующих слоев русского общества. И эта жизнь изображена писателем...смотреть целиком