В 1825 году А. Пушкин пишет В. Жуковскому из Михайловского: «Ты спрашиваешь, в чем цель моих «Цыган»? Вот на! Цель поэзии — поэзия думы Рылеева и целят и всё невпопад».

Вопрос о цели, назначении, смысле поэзии волновал Пушкина с первых шагов его творчества. Еще будучи лицеистом, начинающий поэт уже задумывался всерьез не только о своем предназначенье, но и о загадке искусства как непостижимого и вечного таинства, Первое опубликованное стихотворение было посвящено автору Дльвигу и называлось «К другу-стихотворцу». Таким образом Пушкин, может быть, еще сам не догадываясь об этом, обозначил две важнейшие темы своей лирики: мотивы дружбы и назначения поэзии. Не решаясь пока произнести высокое и священное для него слово, он называет себя и Дельвига не поэтами, а стихотворцами.

Начало активного, сознательного поэтического творчества Пушкина было ознаменовано ярко выраженными социальны ми, общественными мотивами, прямыми стиховыми атаками против самодержавия, против рабства и несправедливости. И нет ничего удивительного, что в этот период он видит цель поэзии исключительно в служении народу, народному благу, в обличении язв и пороков общества. Активная политическая лирика молодого Пушкина как бы обнимается двумя программными стихотворениями «К Плюсковой» (1818)и «О Муза пламенной сатиры» (1825) Они как нельзя лучше помогают понять и настроение Пушкина, и его тогдашнее понимание сущности искусства.
Свободу лишь умея славить,
Стихами жертвуя лишь ей,
Я не рожден царей забавить
Стыдливой музою моей...
Любовь и тайная свобода
Внушали сердцу гимн простой,
И неподкупный голос мой
Был эхо русского народа.

Эти стихи 1818 года становятся своего рода манифестом юного поэта. А в 1825 году он едва ли не в последний раз восславит обличительную, сатирическую, эпиграмматическую поэзию:
О Муза пламенной сатиры!
Приди на мой призывный клич.
Не нужно мне гремящей лиры,
Вручи мне Ювеналов бич!

Задуманное как вступление к сборнику эпиграмм, это стихотворение стало своего рода прощанием с бунтарской молодостью. С другой стороны, к 1825 году Пушкин уже иначе воспринимал и поэзию, и себя в искусстве. Показательно, например, его признание, сделанное в 1823 году, когда он пережил глубокий духовный кризис: «Поэзия, как ангел-утешитель, спасла меня, и я воскрес душой С этим признанием почти невозможно совместить строку: «не нужно мне гремящей лиры». Пушкин, который, по словам А. Герцена, находил спасение в лиризме, отказывается от лирического начала? Может ли это быть? Ведь в это же самое время были написаны знаменательные слова: «Цель поэзии — поэзия». Не борьба, не про тест, не гражданское служение, не угождение сильным мира сего, не польза, а Поэзия.

Почему Пушкин не принял Думы Рылеева, которые «и целя и все невпопад да потому, что весь замечательный пафос этого цикла, весь его историко-патриотический в гражданский характер, по мысли Пушкина, снижался, а то я вовсе уничтожался слабостью исполнения. Он писал о думах: «Все они скроены из общих мест: место действия, речь героя и нравоученье. Русского, национального нет в них ничего, кроме имен». Пушкин, сам работающий в это время над Борвсом Годуновым привержен и к историческим сюжетам, и к национальной проблематике, но при непременном условии главенства поэзии над темой, сюжетом, гражданственностью и другими высоки ми понятиями. Поэтому к нему никак не может быть применена формула Н. Некрасова: «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан». Некрасов здесь прямо следует как раз за Рылеевым, а Пушкин, по свидетельству П. Вяземского, говорил: «Ежели кто не может писать стихов, гражданству прозою»





В связи с эволюцией взглядов Пушкина на поэзию и ее на значение, уместно вспомнить наблюдение Ю. Н. Тынянова, что главным отличием Пушкина от других великих художников было не многообразие родов и жанров литературы (поэзия, про за, драматургия, историография, литературная критика) и даже не новаторство в области языка и стиля, а стремительность его художественного развития, «катастрофическая эволюция». Это очень важная и очень яркая особенность Пушкина, помня о которой ни в коем случае нельзя применять к его зрелому творчеству поэтические формулы молодости. Так, «эхо русского народа» с годами пре вращается в эх вообще, а поэт сравнивается с эхом, откликающимся на любой звук во вселенной: голос девы за холмом, грохот бури и валов, крики сельских пастухов. Эти звуки под лунного мира вовсе не исключают голоса народа, но не исчерпываются им. И так же, как эхо, поэт не слышит отзыва, о чем Пушкин говорит с легкой грустью, как о неизбежности: «Тебе ж нет отзыва. Таков и ты, поэт». Служение народу, вызов тира нам сменяется к концу жизни совсем иной интонацией: «Зависеть от царя, зависеть от народа — не все ли нам равно? Себе лишь одному служить и угождать. Для власти, для ливреи не путь ни совести, ни помыслов, ни шеи — вот счастье, вот права!».

С каждым годом идея свободы поэзии все более укрепляется в сознании и лирике Пушкина. «дорогою свободной иди, куда влечет тебя свободный ум> — этот призыв Пушкина него сонете «Поэту» является ключом к пониманию истинного смысла искусства.
Ты сам свой высший суд.
Всех выше оценить сумеешь ты свой труд.
Ты им доволен ли, взыскательный художник? Доволен?
Так пускай толпа его бранит,
И плюет на алтарь, где твой огонь горит,
И в детской резвости колеблет твой треножник.

Свобода поэта не только от сложившегося эстетического канона, от господствующего вкуса, но и от суждений толпы — это очень важная позиция Пушкина. Толпа всегда противостоит поэту и, как правило, враждебна ему. В яростной отповеди поэта слышится возмущение Пушкина самой постановкой вопроса о пользе поэзии.

Невероятное по дерзости сопоставление Аполлона с вечным горшком не просто запомнится, а войдет в русскую литературу. Его вспомнит Ф. Достоевский, отстаивая Пушкина в споре с утилитаристами, его повторит и Н. Некрасов в «Железной дороге». Показательно, однако, что вложит он эту мысль Пушкина в уста генерала, ярого оппонента автора: «Или для вас Аполлон Бельведерский хуже вечного горшка?» да и М. Цветаева будет писать об этом антипушкинском введении пользы в поэзию.

Стихия поэзии для Пушкина так же природна, могуча и не управляема, как любая другая стихия. Задаваясь вопросами о непостижимости понимания ветра, орла, любовной страсти Дездемоны («Зачем крутится ветер в овраге?.. Зачем арапа своего младая любит Дездемона?»), поэт сам же и отвечает: «Затем, что ветру, и орлу, и сердцу девы нет закона. Таков и ты, поэт: и для тебя закона нет».Но не только таинственная природа поэзии волнует Пушкина. Он размышляет и о жизни поэта в свете («Пока не требует поэта к священной жертве Аполлон»), и о грубой правде профессионального литературного труда («Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать»), и о соблазнах славы («Но я любил уже рукоплесканья»), и о самом процессе творчества, который, кажется, никто до Пушкина не осмеливался пытаться воспроизвести: Минута — и стихи свободно потекут.

Совершенно особое м в ряду многих и многих лирических размышлений Пушкина о назначении поэзии занимает стихотворение «Пророка. Мотивы библейской книги пророка Исайи вдохновили Пушкина на создание высокого произведения, выдержанного в торжественно-архаическом стиле, подчеркивающем небесное предназначение поэта. Вся образная система стихотворения («вещие зеницы», «угль, пылающий огнем») подводит читателя к послед ней строфе, в которой мы слышим «Бога глас взывающий к пророку»
Восстань, пророк, и вождь, во вне
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.

Голос свыше услышал Пушкин, и «божественный глагол» великое поэтическое слово навсегда осталось для него высшим мерилом поэзии. «душа в заветной лире», как предсказал сам поэт, пережила его, донеся до последующих поколений и «чувства добрые», и «милость к падшим и пушкинский «божественный глагол»

Похожие сочинения

  1. Тема свободы в лирике Пушкина  Новое!
    Свобода – одна из наивысших человеческих ценностей, и тем она дороже для человека, чем сильнее он чувствует ее недостаток. Для поэта, человека, который воспринимает все, что его окружает, острее других, свобода во всех ее проявлениях является одним из...смотреть целиком
  2. ТРИ МОРЯ
    Сравнительная характеристика элегии В.А. Жуковского “Море”, стихотворений А.С. Пушкина “К морю” и Ф.И. Тютчева “Как хорошо ты, о море ночное...” Перед учителем, обдумывающим пути анализа художественного произведения на уроке, всегда встаёт проблема...смотреть целиком
  3. “МОЙ ДРУГ, ОТЧИЗНЕ ПОСВЯТИМ ДУШИ ПРЕКРАСНЫЕ ПОРЫВЫ!” По лирике А. С. Пушкина
    Твой стих, как божий дух, носился над толпой; И, отзыв мыслей благородных, Звучал, как колокол на башне вечевой, Во дни торжеств и бед народных. М. Ю. Лермонтов Первая треть XIX века... Прошло время надежд...смотреть целиком
  4. А. С. Пушкин и Москва
    С Москвой были связаны у Пушкина самые первые, самые живые и яркие "впечатленья бытия". Здесь он родился, здесь провел годы детства. Москва того времени удивляла современников "странным смешением древнего и новейшего зодчества",...смотреть целиком
  5. Тема дружбы в лирике А. С. Пушкина (2)
    Значительное место в творчестве А. С. Пушкина занимает тема дружбы, ведь дружба и любовь — это те идеалы, которым поклонялась молодежь первой четверти XIX века. Общительный, умевший понимать и ценить людей, Александр Сергеевич всегда имел много друзей....смотреть целиком
  6. "В мой жестокий век восславил я свободу" (2)
    Александр Сергеевич Пушкин создал много стихотворений, которые льются, как музыка, благоухают, как цветы, завораживают нас в течение жизни. И все же, подводя итог своему творчеству, не красоту стиха поставил он себе в заслугу, а то, что “чувства добрые”...смотреть целиком
  7. Описание дороги в поэтики Пушкина  Новое!
    Интересно проследить возникновение и вариации темы дороги в творчестве А. С. Пушкина. Для Пушкина «южного» периода мотив дороги связан с идеологией романтизма, одной из главных тем которого была тема добровольного бегства. Традиционными для романтической...смотреть целиком