огда это будет и как народ обретет свободу — это вопрос особый и в творчестве Пушкина один из важнейших. Достаточно сказать, что его исследованию посвящены многие страницы таких произведений, как «Борис Годунов», «Дубровский», «История Пугачева», «Капитанская дочка», «Сцены из рыцарских времен» и др. Ответа на него так же, как и на общий вопрос о народе, Пушкину найти не удалось, но веру в неизбежность торжества народной свободы он сохранил до конца своих дней. Эта вера вдохновляла его гимны свободе до декабрьской катастрофы:

* А я — беспечной веры полна,
* Пловцам я пел…—
* она же вдохновляет его теперь:
* Я гимны прежние пою…
* «Арион» (1827)

Но ведь о том же сказано и в четвертой строфе «Памятника». Вывод этот в основе своей верен. И, отправляясь от него, можно было бы продолжать наши рассуждения дальше. Но у Пушкина есть стихотворение, как будто бы и написанное только для того, чтобы проверить справедливость этого вывода. Стихотворение «Из Пиндемонти» не принадлежит к числу наиболее популярных пушкинских стихотворений, и поэтому его необходимо здесь привести полностью:

* Не дорого ценю я громкие права,
* От коих не одна кружится голова.
* Я не ропщу о том, что отказали боги
* Мне в сладкой участи оспоривать налоги, И
* ли мешать царям друг с другом воевать;
* И мало горя мне, свободно ли печать
* Морочит олухов, иль чуткая цензура
* В журнальных замыслах стесняет балагура.
* Все это, видите ль, слова, слова, слова
* (Прим. Пушкина.)

В современном пушкиноведении упоминаемая здесь концепция, разумеется, отвергнута, но смысловое соотношение двух этих написанных почти одновременно стихотворений «Из Пиндемонти» и «Памятника» — до сих пор еще не изучено. В стихотворении «Из Пиндемонти» речь идет о политике, и одно это позволяет отнести его к политической или, точнее, к публицистической лирике. Значит, надо прочесть его в контексте пушкинской публицистики во-первых и в контексте социально-политических обстоятельств 30-х годов во-вторых.

В литературной деятельности Пушкина публицистика в собственном смысле этого слова и публицистическая лирика занимают немаловажное место. Поэтому естественно, что он всегда серьезно и заинтересованно следил за современной ему журналистикой. После возвращения из ссылки он принимал непосредственное участие в редактировании журнала «Московский вестник», а позднее — «Литературной газеты». С осени 1831 года Пушкин настойчиво хлопотал о том, чтобы ему разрешили издавать политическую газету с литературным приложением. Доверить Пушкину издание политической газеты Николай I, конечно, не захотел, но после длительных проволочек изъявил согласие на издание (начиная с 1836 года) литературного журнала по четыре номера в год. Пушкин объединил вокруг «Современника» лучшие литературные силы: на его страницах печатались произведения Гоголя, Жуковского, Тютчева, Баратынского, Языкова, Кольцова, Вяземского, Дениса Давыдова, В. Ф. Одоевского. Летом 1836 года все труды Пушкина были посвящены журналу: в июне он допечатывал второй его номер и одновременно собирал и подготавливал материалы для третьего и четвертого, написал шесть больших статей, свыше пятнадцати редакционных заметок и несколько десятков исторических и литературных анекдотов, объединенных в цикл «ТаЫе Та1к»; кроме того, он заканчивал в это время работу над «Капитанской дочкой». И все эти бесценные сокровища были предназначены для «Современника». Тогда же (5 июля) было написано и стихотворение «Из Пиндемонти». Вполне вероятно, что и оно должно было быть напечатано там же.

Но если даже допустить, что оно было бы напечатано в «Современнике» анонимно и никто не догадался бы, что его автором является сам Пушкин, то и в таком случае буквальное понимание строк о печати и о журналистах было бы маловероятным: ведь подписчики журнала названы здесь олухами, а сам издатель, помимо воли которого стихотворение, конечно, не могло появиться на страницах его журнала, если не прямо, то косвенно признается, что он их морочит!

Еще больше противятся буквальному пониманию слова о «чуткой цензуре». Рассказы и анекдоты о чрезмерной, полицейски тупой придирчивости царской цензуры знали в те годы все, кто хоть немного интересовался литературой. Известно было также, что Пушкина цензура читала с удвоенной подозрительностью. Особенно тягостным был ее надзор именно в 1836 году, когда издавался «Современник» . «Тяжело, нечего сказать,— жаловался Пушкин Д. В. Давыдову,— и с одною ценсурой напляшешься; каково же зависеть от целых четырех? знаю, чем провинились русские писатели… Но знаю, что никогда не бывали они притеснены, как нынче…

Ценура дело земское; от нее отделили опричнину — а опричники руководствуются не уставом, а своим крайним разумением». Здесь в разговоре о цензуре Пушкин вспомнил опричнину, раньше он сравнивал ее с инквизицией — таково было его постоянное и устойчивое мнение. Видимо, и по этой причине так трудно дался ему изысканный комплимент цензуре. В черновике сначала был образ в знакомом уже нам средневековом духе:

* Или несет цензурные вириги;
* затем появился смягченный вариант:
* Или стеснительной опутана цензурой;
* потом испытана антитеза:
* Иль вдохновенный ум… цензурой;
* и еще — в той же негативной тональности: грозная ценура;
* наконец, возникла хвалебная интонация: важная цензура;
* и только в заключение этой мучительной работы был найден окончательный, саркастически открытый вариант: чуткая цензура!
* Но этими, без особых затруднений распознаваемыми сигналами иронии Пушкин не ограничился. Первая часть стихотворения завершается стихом:
* Все это, видите ль, слова, слова, слова!
* Следует прежде всего обратить внимание на словечко «видите ль». Оно с давних пор имеет устойчивую ироническую окраску и здесь как бы предвещает сложную перемену иронических значений.

В начале XIX века было уже хорошо известно, откуда взята фраза о словах. И Пушкин ссылался на Шекспира, наверно, не ради того, чтобы свою «образованность показать». Вероятнее всего, он надеялся, что эта странная (потому что ненужная) сноска возбудит любопытство читателя, и он отыщет и перечитает соответствующий эпизод трагедии (акт II, сцена 2): «Что читаете, милорд?» — спросил Полоний; «Слова, слова, слова»,— ответил ему Гамлет. Полоний всегда был твердо убежден, что все высокие понятия и принципы, о которых пишется в книгах, не более чем слова, слова, слова! Возвратить читателю исходный смысл гамлетовской реплики необходимо было потому, что в обыденном хождении в качестве «крылатого» выражения она отождествлялась с убеждениями не Полония, а Гамлета и стала, таким образом, одной из самых «внушительных» формул расхожего гамлетизма. Обыватель вспоминал о ней, когда хотел отвести беспокоящие его совесть понятия о гражданских правах, которых он не имел и не смел требовать, о свободах и, в частности, о свободе печатного слова, которая, как он, обыватель, вместе с Хлестаковым думал, нужна только баронам Брамбеусам и Тряпичкиным — чтобы удобней было «морочить олухов».

Похожие сочинения

  1. Чему учат нас сказки
    Я очень люблю читать сказки. Добрые, веселые и поучительные, они на долгие годы становятся нашими друзьями и советчиками в разных сложных ситуациях. Сказочные герои своими поступками помогают нам учиться отличать добро от зла, правду от лжи, стать честными,...смотреть целиком
  2. Тема свободы в лирике Пушкина  Новое!
    Свобода – одна из наивысших человеческих ценностей, и тем она дороже для человека, чем сильнее он чувствует ее недостаток. Для поэта, человека, который воспринимает все, что его окружает, острее других, свобода во всех ее проявлениях является одним из...смотреть целиком
  3. Любовная лирика Пушкина
    Любовь - самое дорогое, необходимое каждому человеку чувство; именно оно наполняет нашу жизнь смыслом, делает ее яркой, красочной. Отношение П-на к любви менялось на протяжении всей его жизни. В юности П в любви был язычником, но с возрастом отношение...смотреть целиком
  4. Мой Пушкин (2)
    "Дар напрасный дар случайный, Жизнь, зачем ты мне дана?" Наш мир разнообразен и непознаваем. Он никогда не устает удивлять, ужасать и радовать нас. Уроды, извращенцы, гении - кого только нет. У каждого свой путь. Но иногда природа...смотреть целиком
  5. «Друзья мои, прекрасен наш союз»
    Мы знаем Пушкина-человека, Пушкина — друга монархии, Пушкина — друга декабристов. Все это бледнеет перед одним: Пушкин-поэт! А. Блок Александр Сергеевич Пушкин. Это имя знакомо каждому русскому человеку, оно всегда вызывает самые добрые и светлые...смотреть целиком
  6. Любовная лирика А. С. Пушкина (3)
    Наверное, в жизнь каждого человека рано или поздно приходит любовь. Кому-то она приносит радость и счастье, кому-то — горечь неразделенного чувства, а для кого-то становится источником страданий от невозможности удержать это чувство. Не перечесть...смотреть целиком
  7. ЛИЧНОСТЬ И ГОСУДАРСТВО В ТВОРЧЕСТВЕ А. С. ПУШКИНА
    Противостояние личности и государства — одна из самых заманчивых для А. С. Пушкина тем. Именно она постоянно и настойчиво перекликается с такими вечными его мотивами, как свобода, место человека в обществе, сила, власть. Шире всего антагонизм личности...смотреть целиком