В последний период своего твор­чества Чехов все чаще обраща­ется к изображению людей, про­тивостоящих окружающему их миру лжи и обмана. Обычно они не решают глобальных проблем, не являются идеологами, подобно некоторым персона­жам Льва Толстого и Достоевского. Но у Чехова свой принцип изображения жизни. Анализ челове­ческих отношений ведется им на уровне быта, часто мелочей, случайных, казалось бы, подробностей. Ведь далеко не всегда через выдающиеся события можно разглядеть характерные явления, совершающиеся в глубине жизни. У Чехова же картина действитель­ности воссоздается не только в общем, но и в частном. И тогда выясняется, что условия жизни становятся невыносимыми даже для самых рядовых, обычных людей. Они не совершают героических поступков, но жить неестественной жизнью, притво­ряться и лицемерить больше не хотят.

Рассказ «Дама с собачкой» посвящен истории ду­ховного прозрения, возрождения двух обыкновенных людей — Гурова и Анны Сергеевны, случайно позна­комившихся во время курортного сезона в Ялте. Писатель нисколько не идеализирует ни Анну Сер­геевну («маленькая женщина, ничем не замечатель­ная, с вульгарной лорнеткой в руках»), ни Гурова, привыкшего к легким победам. Однако образы их даны в развитии.

Первая половина рассказа имеет сюжетную за­конченность. В ней описывается в общем-то обыч­ный «курортный роман». Гуров, простившись с Ан­ной Сергеевной, подумал, что «вот в его жизни было еще одно похождение или приключение, и оно тоже уже кончилось». Между тем все случившееся в Ялте было лишь экспозицией; «похождение» обер­нулось большой, настоящей любовью, которая «из­менила их обоих».



Внутренний сюжет произведения связан с эволю­цией характера героя, его постепенного перехода от пошлости, опустошенности, даже цинизма к богат­ству переживаний, подлинной духовности. Под вли­янием нового, ранее не изведанного им чувства меняется мироощущение Гурова. У него появляется чувство отвращения к тому, что прежде казалось привычной нормой, ко всему этому безумному миру, где в ответ на попытку исповеди можно услышать только равнодушную и в сущности оскорбительную фразу об «осетрине с душком». Эта испорченная осетрина (не отсюда ли появится в булгаковском романе «Мастер и Маргарита» «осетрина второй све­жести»?) становится символом «куцей, бескрылой жиз­ни», которая сравнивается в рассказе с сумасшед­шим домом или арестантскими ротами, жизни, где господствующим цветом является серый.

Символично, что когда Гуров приехал в город С., чтобы встретиться с Анной Сергеевной, то постель в его гостиничном номере была застлана серым одея­лом, пол покрыт серым сукном, чернильница ока­залась серой от пыли, а напротив дома, где жила Анна Сергеевна, тянулся длинный серый забор.

Гуров и Анна Сергеевна, полюбившие друг друга «как очень близкие, родные люди, как муж и жена, как нежные друзья», мучительно думают, «как убе­речь себя от необходимости прятаться, обманывать». Рассказ не имеет сюжетного завершения, что очень характерно для позднего Чехова, но смысл этого и других произведений писателя был совершенно пра­вильно понят Горьким, который писал Чехову в январе 1900 г. по поводу «Дамы с собачкой»: «Ог­ромное Вы делаете дело Вашими маленькими рас­сказиками, возбуждая в людях отвращение к этой сонной, полумертвой жизни — черт бы ее побрал!»