Страница: [ 1 ]  2  

Усиление дидактического начала во втором томе "Мертвых душ" приводит к появлению героев с прямыми проповедническими функциями. В первую очередь это относится к Муразову. Его "обличения" праздности Хлобуева, стяжательства Чичикова, несправедливости генерал-губернатора носят ярко выраженный учительный характер и перекликаются с аналогичными мотивами дидактической литературы. Образ жизни Муразова, каким он показан в поэме, вряд ли является отражением реальной деятельности богатого откупщика.

Он скорее соответствует тому идеалу "праведного богатства", к которому призывали учительные "слова". Праведность муразовских миллионов всячески подчеркивает Костанжогло. Когда Чичиков высказывает предположение о том, что богатство Муразова "приобретено не без греха", Костанжогло спешит уверить его в обратном: "Самым безукоризненным путем и самыми справедливыми средствами" (VII, 75). Во время голода Муразов предлагает генерал-губернатору свои хлебные запасы, находит "душеспасительное" дело разорившемуся Хлобуеву, стремится наставить на путь исправления Чичикова, посещая его в тюрьме. Последний мотив наряду с требованием милостыни постоянно варьируется в наставлениях "како жить христианам". "Посещай в оковехь селящая и вижь его беду", - говорится в "Измарагде" 35 .

На время работы Гоголя над вторым томом приходится его знакомство с "Домостроем", о котором он оставил несколько восторженных отзывов. "В наставлениях и начертаниях, как вести дом свой, как быть с людьми, как соблюсти хозяйство земное и небесное, кроме живости подробных обычаев старины, поражает глубокая опытность жизни и полнота обнимания всех обязанностей", - пишет он А. М. Вьельгорской (XIV, 110). Созданный в XVI веке в русле традиции учительных сборников, "Домострой", в отличие, от них принадлежит к числу светских памятников древнерусской литературы. "Это не вероучение, - отмечает его современный комментатор, - а практический минимум нравственной жизни, который не связан с богословской стороной религии" 36 . В характеристике ряда персонажей второго тома можно найти отражение "наставлений" "Домостроя". Принимая упрек А. О. Смирновой (которой, кстати, Гоголь посылал свой экземпляр "Домостроя" - см.: XIV, 140) - "дайте работу жене Костанжогло, она уже слишком жалка" 37 , - писатель радикально переработал ее образ. В исправленной редакции жена Костанжогло предстает как помощница мужа, сама ведет домашнее хозяйство, сама занимается воспитанием и обучением дочери. Образ "доброй жены" в "Домострое" включает в себя непременное выполнение именно этих обязанностей: "и дастъ брашно дому и дело рабынямь, от плода руку своею насадит тяжание много; препоясавъше крепко чресла своя, утвердит мышца своя на дело и чада своя поучаетъ..." 38 .

Гоголя-художника "Домострой" привлекал прежде всего как памятник, сохранивший, по его словам, "подробнейшие подробности" национального быта Древней Руси, "с названьем вещей, которые тогда были в употреблении, с именами блюд, которые тогда готовились и елись" (XIV, 110). Как нам представляется, "Домострой" мог быть одним из источников гастрономических сцен в доме Петуха, с необычайной живописностью изображенных Гоголем. В главе 51 памятника, который Д. С. Лихачев назвал "поваренной книгой" русского быта" 39 , помещен "наказ господина или госпожи своему повару или ключнику": "капусту или натину, или крошиво - иссечено мелко, и вымыть хорошо, и уварить, и упарити горазно, в скоромные дни мяса или ветчина, или сальца ветчинного положить, забелъки поддать да припарить, а в пост сочкомъ залить или иной какой навары прибавить да упарить; хорошо или заспицы подсыпать да с солью и с кислы штями приварить, а кашку всякую по тому же уварить и упарить хорошо с саломъ или с масло мъ... и всякую семейную еству хорошенько усьтряпати..." 40 . Те же императивные словесные конструкции мы находим в "заказе" Петуха своему повару: "В один угол положи ты мне щеки осетра да визиги, в другой гречневой кашицы, да грибочков с лучком, да молок сладких, да мозгов... Да чтобы она с одного боку... подрумянилась бы, а с другого пусти ее полегче. Да исподку-то, пропеки ее так, чтобы всю ее прососало, проняло бы... А в обкладку к осетру подпусти свеклу звездочкой, да сняточков, да груздочков..." Только и раздавалось: "Да поджарь, да подпеки, да дай взопреть хорошенько" (VII, 56). Сопоставляя эти описания, надо иметь в виду, что Гоголь вовсе не рассматривал "Домострой" как источник старинных кулинарных рецептов. Он писал о нем, как о книге, точно передающей атмосферу патриархальной жизни: "Так и видишь перед глазами радушную старину, ее довольство, гостеприимство, радостное, умное обращенье с гостьми с изумительным отсутствием скучного этикета, признанного необходимым нынешним веком" (XIV, 110). Эти слова писателя о "Домострое" можно считать своеобразным авторским комментарием к образу гостеприимного и хлебосольного Петуха, отнюдь не случайно названного Гоголем "барином старого покроя" (VII, 49).

Утверждая, что в стиле Гоголя присутствует библейская традиция, А. В. Михайлов в качестве примера приводит рассмотренную нами выше сцену. Исследователь пишет: "Речь главным образом должна идти не о воспроизведении образцов стиля, а об усвоении особенной стилистической интонации, которая сама несет в себе известный смысл... Это тон наставления, поучения, и его особенная обстоятельность проистекает от заботы о том, чтобы все, что надлежит совершить и сделать, было осуществлено в точнейшем следовании высшим предписаниям" 41 . Здесь требуется, на наш взгляд, одно существенное уточнение. Воздействие библейского стиля носит у Гоголя опосредованный характер. Оно воспринимается писателем через ближайшую в языковом и жанровом отношении национальную дидактическую традицию, представленную в поэтике "Мертвых душ" древнерусскими поучениями.

Изменение способа "цитирования" учительных "слов" во втором томе идет двумя путями. Серьезность учительного тона из авторской речи перемещается в сферу речи "положительных" героев, в нравственном облике и поведении которых нет зияющего разрыва между словом и делом, как это было у проповедующих персонажей первого тома. Выступления против праздности и лени принадлежат трудолюбивому "хозяину" Костанжогло, праведный откупщик Муразов осуждает неправедное стяжание Чичикова, честный генерал-губернатор произносит в собрании чиновников обвинительную речь против лихоимства. В этих речах в несколько перефразированном виде звучат излюбленные мотивы древнерусских учительных "слов". Когда, например, Костанжогло говорит мужику: "Я и сам работаю как вол, и мужики у меня, потому что испытал, брат: вся дрянь лезет в голову оттого, что не работаешь" (VII, 60), - он словно повторяет поучение "Измарагда" "како имети челядь": "Не оставляй же порозновати раба или рабу, мнозей бо злобе научаеть порозность" 42 . Аналогичные примеры можно привести к "словам" Муразова и генерал-губернатора. Принцип травестийного "цитирования" сохранен лишь частично в речи Чичикова, но это не трафаретное повторение его автопортретов из первого тома. Их смеховая окраска значительно ослаблена, они лишены профанирующего смысла, поскольку выступают в жанровом контексте патриархальной утопии второго тома и в сюжетной перспективе нравственного преображения главного героя поэмы.

Размышляя о месте церковных элементов в светских произведениях древнерусской литературы, Д. С. Лихачев писал: "В церковной литературной традиции светский автор находил сильные слова осуждения, яркие краски и твердую почву для морализирования" 43 . В известном смысле это суждение приложимо и к автору "Мертвых душ".


Страница: [ 1 ]  2  

Похожие сочинения

  1. Образ Чичикова в поэме Н. В. Гоголя "Мертвые души"
    Среди персонажей гоголевской поэмы «Мертвые души» Чичиков занимает особое место. Будучи центральной (с точки зрения сюжета и композиции) фигурой поэмы, этот герой вплоть до последней главы первого тома остается для всех загадкой - не только для чиновников...смотреть целиком
  2. Образ Чичикова
    Осенью 1835 года Гоголь принимается за работу над поэмой “Мертвые души”, сюжет которой был ему подсказан Пушкиным. Гоголь давно мечтал написать роман о России, и был очень благодарен Пушкину за идею. “Мне хочется в этом романе показать хотя с одного...смотреть целиком
  3. Cатира на крепостническую Русь
    Пьеса Н. В. Гоголя "Ревизор" впервые была поставлена 19 апреля 1836 года в Петербургском Александрийском театре. Николай I заметил: "Ну, пьеска! Всем досталось, а больше всего - мне!" Позже, в "Авторской исповеди",...смотреть целиком
  4. Поэма «Мертвые Души» - гениальная сатира на крепостническую Русь
    Но нет пощады у судьбы Тому, чей благородный гений Стал обличителем толпы, Ее страстей и заблуждений. Творчество Н. В, Гоголя многогранно и разнообразно. Писатель обладает талантом увлекать читателя, заставляет вместе с героями плакать и смеяться,...смотреть целиком
  5. Купля продажа по Чичикову (по поэме "Мертвые души")
    "Мертвые души" автор назвал поэмой и подчеркнул этим значимость своего творения. Поэма — значительное по объему лирико-эпическое произведение, отличающееся глубиной содержания и широким охватом событий. Это определение до сих пор вызывает...смотреть целиком
  6. Описание проблем в жизни помещиков в поэме Гоголя "Мертвые души"
    Замысел «изъездить вместе с героем всю Русь и вывести множество самых разнообразных характеров» предопределил композицию поэмы. Она построена как история похождений «приобретателя» Чичикова, покупающего мёртвые фактически, но живые юридически, т. е....смотреть целиком
  7. Сарказм, как средство разоблачения (на примере характеристики Чичикова)  Новое!
    Образ Чичикова выписан с той мерой психологической достоверности и с тем точным ощущением жизненной правды, которые на десятки лет предвосхитили раскрытие сущности этого нового тогда явления. Еще в пятидесятых-шестидесятых годах прошлого века выставлялись...смотреть целиком