Обложку самой первой; его книги украшала огромная лягушка ярко-желтого цвета, резко выступающая на блеклом, светло-кремовом фоне переплета. Таких лягушек в природе не бывает. Но Твен ведь и написал о лягушке поистине необыкновенной. Об этой лягушке рассказывали в любом старательском лагере. А еще раньше ту же самую историю можно было услышать в родных краях Твена. Или даже прочитать ее в газетах, издававшихся на периферии, в глубинке. Нашли несколько напечатанных вариантов этого рассказа. И все-таки лягушку из Калавераса прославил не кто НЕГОЙ, как Марк Твен.

А что в ней было особенного, в этой лягушке? Да ничего, просто она умела очень далеко прыгать. Настоящий чемпион по прыжкам что в длину, что в высоту — при слове «мухи» взвивалась в воздух, переворачивалась, как оладья на сковородке, и, схватив муху на лету, скромненько приземлялась на свое место. Звали эту лягушку Дэниел Уэбстер — в честь одного известного американского политического деятеля. V нее был хозяин, Джим Смайли, живший в рудничном поселке, как раз в центре фронтира. Он изловил Дэниела на болоте, долго с ким возился, обучая всяким фокусам, и утверждал, что лягушки необычайно понятливы, надо только дать им особое лягушачье образование, а так они па все способны.

На Дальнем Западе, пожалуй, не отыскалось бы человека, который хоть краем уха не слыхал, как, понадеявшись на удивительный талант Дэниела, Джим Смайли проиграл на пари сорок долларов объявившемуся в Калаверасе незнакомцу. Твен записал этот случай почти в точности так, нак его не раз при нем излагали: незнакомец усомнился в способностях Дэниела, принял пари и, пока Смайли ловил для него другую лягушку* всыпал в пасть чемпиону пригоршню перепелиной дроби, так что бедная знамевитость не смогла сдвинуться с места. В общем-то печальная повесть об обманутом доверии и о прилежании, которое пошло прахом.

Но под пером Твена эта повесть, уместившаяся в несколько страниц, смешит читателей вот уже второе столетие. Б чем тут дело? Конечно, в том, что у Твена был неподражаемый юмористический дар. Только у каждого большого писателя юмор свой, неповторимый. И есть особые приметы твеновского юмора, которые станут видны, если прочесть тот же рассказ о лягушке по имени Дэниел Уэбстер внимательно.

До Твена рассказывали только про само состязание, в котором Дэниел осрамился не по своей вине. Выходил забавный анекдот о предприимчивом и находчивом госте Калавераса, который так ловко провел бахвала и упрямца Смайли. Получалась всего лишь колоритная картинка из жизни фронтира.

В рассказе Твена сохранена красочная атмосфера быта и нравов переселенцев. Мы отчетливо можем себе представить и этот поселок в несколько кривых улиц, уводящих в бескрайнюю прерию, и как попало одетых, давно не брившихся людей у входа в салун.

О самих лягушачьих скачках мы узнаем лишь под самый конец, а до этого Твен будет долго рассказывать о разных происшествиях из жизни Смайли. Твен? Нет, рассказывать будет некий Саймон Уилер, которому доверено вести повествование. Этот Уилер сам из Калавераса, он все видел своими глазами и все запомнил. Мы верим ему как свидетелю. Сочинителю мы бы так не поверили.

А самое важное — Уилер повествует по-особому. Здесь чуть не каждое слово сразу выдает человека с фронтира, у которого особые понятия о правдоподобном и невероятном,— ни за что не разобрать, где кончается одно и начинается другое. Рассказчику, во всяком случае, никто не докажет, что происшествие, о котором идет речь,— хоть отчасти легенда, а не доподлинный факт. Ведь на фронтире чего не случается, каких только не встретишь чудаков и одержимых, фантазеров и упрямцев!

Со стороны покажется: еще одна небылица, которую придумали, чтобы веселее скоротать вечер в компании приятелей, собравшихся посудачить о том о сем. А для Уилера это совершенно реальный эпизод из повседневного быта затерявшегося среди прерии Калавераса.

Поэтому он и рассказывает очень серьезно, ни разу не улыбнувшись, ничем не выказав, что находит в своем повествовании что-то странное или веселое. Он вовсе не шутит. И Смайли, и незнакомца он считает отменными ловкачами, перед которыми остается лишь снять шляпу. Ему ужасно интересно, кто кому натянет нос, он в восторге от всякой лукавой проделки и, увлекшись ею, перестает относиться к знаменитому пари как к игре — Лягушачьи состязания для него событие серьезное, и от слушателей он тоже ожидает серьезности,, а не хохота.

А слушатели смеются до слез. И добился этого Твен. Его авторского присутствия в рассказе почти не заметно. Зато Уилер стоит перед нами как живой. Все описываемое мы видим его глазами, настраиваемся на его восприятие, перенимаем его взгляд на вещи. Мы невольно ему верим, хотя кому же не понятно, что он, мягко говоря, преувеличивает. Мы знаем, что Уилер

рассказывает, сильно увлекаясь, заостряя или, как говорится, хватав через край. Но сам-то он совсем не осознает, что истина переросла в необузданную фантазию. А Твен делает вид, что и для него самого любая выдумка — это неоспоримая правда: вот так в точности все и было. Он сохраняет ту же бесстрастность, ту же серьезность, которые для его рассказчика но поза, не прием, а естественное и искреннее отношение к событиям, пусть явно нереальным или до абсурда комичным.

Похожие сочинения

  1. Рассказы Льва Толстого о животных
    Особенной поэтичностью отличаются рассказы Л. Толстого о животных («Лев и собачка», «Мильтон и Булька», «Булька» и др.). Они оказывают наибольшее воспитательное воздействие на маленьких детей. Писатель учит детей дружбе и преданности на примерах из жизни...смотреть целиком
  2. Философия истории Толстого
    Философия истории – взгляды на происхождение, сущность и смену исторических событий. Основные положения философии истории Толстого 1. Толстой считает, что нельзя объяснить происхождение исторических событий отдельно взятыми поступками отдельно взятых...смотреть целиком
  3. Реализм Льва Толстого и его влияние на развитие русской литературы
    В творчестве Толстого полно сказались те национальные черты русской литературы, на которых основана ее всемирная слава: трезвая правдивость художественного отражения жизни, патриотическое чувство, прямота и бесстрашие в постановке социальных вопросов,...смотреть целиком
  4. Творчество Л. Н. Толстого начала XX века   Новое!
    В последний период жизни основ­ная энергия Толстого была направ­лена на деятельность публицисти­ческого характера. Однако он не переставал занимать­ся и художественной литературой. Правда, не все произведения были им закончены или опубликованы при жизни....смотреть целиком
  5. Каким вы представляете себе Льва Толстого  Новое!
    Каким вы представляете себе Льва Толстого? Что кажется вам самым главным в его отношении к себе и к окружающим людям? Лев Толстой прожил большую и слож­ную жизнь, в которой было много пово­ротных событий, изменивших мировоз­зрение писателя, его эстетические...смотреть целиком
  6. Драмы души (Позднее творчество Л.Н.Толстого)
    Если бы можно было писать, как Толстой, и заставить весь мир прислушаться! Т.Драйзер К концу 70-х — началу 80-х годов XIX века в мировоззрении Толстого наступил перелом, подготовленный всем хэдом исторического развития пореформенной России....смотреть целиком
  7. Рассказы, пьесы, повести Л. Н. Толстого конца XIX века  Новое!
    Стремясь реализовать на прак­тике свои новые требования к литературе, Толстой создает ряд народных рассказов («Чем люди живы», «Два брата и золото», «Упустишь огонь — не потушишь», «Много ли человеку земли нужно» и др.), близких по стилю к фольклорным...смотреть целиком